http://tuofikea.ru/novelty

Отставки в «ЕР» как политический сигнал краха системы

В прессе и в Интернете промелькнуло сообщение о том, что глава политического департамента центрального исполкома «Единой России» Алексей Чадаев покидает свой пост. Очень любопытно, что его прямая речь, процитированная в нескольких информационных выпусках, исчезла с сайтов, а остались лишь комментарии руководителей ЕР. И это отнюдь не проходной эпизод политической жизни современной России.

Дело в том, что Чадаев объясняет свой уход ситуацией, возникшей после его публичной оценки позиции российского руководства по Ливии. Как известно, некоторое время назад мнения Президента и Премьера по этому вопросу разошлись, возникла публичная полемика в стиле нравоучений со стороны одного персонажа в адрес другого. Помимо того, что Президент страны имеет отчётливый прозападный взгляд на проблему, по Конституции он ещё и, в соответствии со своим видением, определяет внешнюю политику России. Алексей Чадаев публично расценил «попытку кремлёвских обитателей присоединиться к хору осуждающих Каддафи как ошибку, которая может стоить Медведеву политического будущего». Что, казалось бы, странного в том, что публичный деятель высказывает свою позицию? В нашей стране свобода слова гарантирована той же самой Конституцией, при условии, что это слово не разжигает расовые, социальные и иные розни и не содержит призывов к свержению государственного строя.

Почему же для Чадаева за реализацию права на свободу наступает расплата? Естественно никакого доверия к комментариям функционеров «Единой России», утверждающим, что в этой отставке нет политической подоплёки, быть не может. Некоторое время назад известный российский политик Константин Затулин той же «Единой Россией» был смещён с поста замруководителя комитета Госдумы. По словам Затулина, ситуация напоминала нынешнюю. Это тенденция. Можно увидеть в ней параллель с поздним периодом существования КПСС, когда монолитная идеологическая доктрина, казалось бы, накрепко спаивавшая высший кадровый корпус страны долгие десятилетия, стала расслаиваться. Возникло оппонирование, можно даже сказать, диссидентство, породившее политическую оппозицию режиму. Возглавил её тогда резко поссорившийся с генеральным секретарём Б.Н.Ельцин. В результате его изгнания и политической расправы на XIX партийной конференции его политический рейтинг взлетел, и в итоге он стал лидером нового политического режима. Не стану давать оценку этому режиму, лишь подчеркну закономерность идеологических и политико-властных трансформаций в ходе революций. Начинаются они с социальных расслоений как масс, так и элит.

Сигналы о том, что монолитная платформа ЕР начинает разваливаться, крайне важны. Конечно никакой партийной идеологии у «Единой России» нет. Это очень хорошо было видно на предыдущих думских выборах, когда партия, обозначив в качестве своей платформы План Путина, не представила вообще никакого плана развития, никакой программы действий, никакой законодательной инициативы. В политическом отношении ЕдРо – это административный внесистемный неконституционный организм и институт, который служит монополизированному политическому режиму. Собственно говоря, все, что диктуется ЕР из первого и второго кабинетов, безоговорочно исполняется. Это рвение в выполнении поручении порой доводит до анекдотических ситуаций. К примеру, закон о принятии транспортного налога был отменён на следующий же день после его принятия – такие вот указания были противоречивые…

Но, тем не менее, формальная претензия на идеологию существует и политическая схема тандема несколько лет базировалась на представлениях о единой и монолитной политической платформе. Содержательная суть ее, конечно, заключается в неолиберальной доктрине, но это за рамками комментария. Важно отметить, что платформа эта была достаточно единой, но сегодня уже можно говорить о том, что череда отставок указывает на зарождение внутренней политической оппозиции.

Многие аналитики, включая экспертов нашего Центра, аргументированно доказывают, что избранная политическая, экономическая и социальная модель страны несовместима с ее успехом и с неизбежностью будет изменена. Вопрос лишь в сценарии этой смены. Полярные варианты таковы: правящий режим сам осознает собственное «головокружение от успехов», тупиковый характер платформы и реального развития страны, призывает имеющиеся в стране интеллектуальные, патриотические ориентиры, прикладную науку и экспертный эшелон и вырабатывает новый курс, согласованный с ожиданиями большинства граждан страны (большая часть населения – около 48% по последним данным убеждены, что страна идет в неправильном направлении). При этом правящий режим и конкретные персоны имеют шанс остановить падение доверия, которое отмечено всеми социологами, продолжить свое гармоничное политическое и властное существование.

Вторая версия заключается в том, что правящая группировка продолжает гнуть линию, которая уже 20 лет навязывается стране – линию радикального неолиберализма, монетарного оголения суверенных экономических и инвестиционных возможностей, линию самоустранения государства от социальных перераспределений, от управления диспропорциями в развитии регионов, линию сверхоткрытости экономики, чреватую потерей экономического суверенитета. В этом случае политический кризис неизбежен и прогноз говорит о том, что он может приобрести крайне нежелательные формы вплоть до революции типа 1991 года. Правда, надо сказать, что такого рода революции готовят и справа в оранжевых цветах, вполне возможно, что там уже есть проект новой перестройки или нового демократического путча (вспомним 1993 год). Этот сценарий крайне нежелателен, он чреват высокими рисками, издержками, если не жертвами. Но именно на этот сценарий указывают упомянутые отставки. В самом обществе, в социальных институтах растет политическое оппонирование, плюс к этому начинает расслаиваться прежде единая политическая элита. Это тревожные сигналы и они должны бы послужить предупреждением правящей группировке и указанием на необходимость переосмысления процесса.

Продолжение сегодняшнего курса без изменений опасно не только для страны, оно опасно и для самой правящей группировки. Можно прогнозировать дальнейшее расслоение элиты, ему будет способствовать предвыборная ориентация на ту или иную фигуру, которая сможет реально претендовать на пост президента страны. Все это означает, что политическая нестабильность в России на подходе.

Можно ли видеть в сигналах, свидетельствующих о политическом расслоении, позитивные моменты? Да, безусловно, потому что одной из причин политической стагнации и социально-экономической деградации современной России является монополия на мысль, запрет на инакомыслие, сужение пространства идей для выбора лучших управленческий решений по вопросам развития страны. В работах Центра в научный оборот введено понятие так называемого количественного политического спектра. Оказывается, что если пространство генерации идей, выдвижения их как инициатив для реального политического государственного управления бесконечно широко, то налицо ситуация революции. Вспоминая 91-й год легко видеть, что плюрализм мнений без каких бы то ни было ограничений ни к чему хорошему не приводит. Но и от обратной ситуации, когда вводится монополия на мысль, как в поздней КПСС и в нынешней «Единой России», тоже не следует ожидать никаких положительных сдвигов. Если пространство возможных решений стремится к нулю, то оптимального эффективного управления социальной системой не получится. Крах Советского Союза, крах КПСС – тому пример. Наилучшие политические решения требуют определенного, но не бесконечного интеллектуального пространства для их выбора.

Таким образом, мы видим сигналы, которые предупреждают политический режим России о грядущем крахе. Сумеет ли он эти сигналы услышать, распознать и скорректировать процессы, набирающие ход в современной России? Это наш вопрос, на который ответить могут только они. Подождем этого ответа.

C.С.Сулакшин, д.физ-мат.н.,д.полит.н.